16:16 

Переводной фанфик по ДГМ

Please, die carefully
Фендом: D.Gray man
Автор: Talim76, страница Artificial Love
Переводчик с франц.: Tiky
Пейринг: Лави/Канда
Рейтинг: PG-15 (яой и кровища)
Жанр: стеб, романс (очень стебный романс)
Размер: макси
Дисклеймер: отказываюсь
Размещение: с указанием автора и переводчика и ссылкой на мою страницу на дайри.
Предупреждения: ООС, ибо стеб. Стеб над Лави (но ничего плохого, все приемлемо) и над Алленом, очень жестокий стеб над Алленом. Автор фика ненавидит Аллена, очевидно. При этом переводчик этого героя очень любит, поэтому постарался максимально смягчить стеб и жестокость к этом персонажу, но то, что осталось в итоге, все равно неоправданно жестоко даже в качестве стеба, так что всем, любящим Аллена, рекомендую не читать эту главу (дальше про Аллена уже не будет). Еще раз прошу прощения за жестокий стеб над Уокером, тут наши с автором точки зрения расходятся:)

Искусственная любовь


Глава 1: Новое увлечение Комуи Ли.
Читать

Глава 2: Осложнения.
Как только Аллен Уокер впервые за последние несколько недель переступил порог Темного Ордена, у меня появилось предчувствие, что день его ожидает отнюдь не обычный.
Он возвращался, со своими товарищами по оружию Мирандой Лотто и Алистером Кроули, с миссии, которая прошла на удивление удачно: всех акума удалось уничтожить, Чистую Силу они получили без каких-либо проблем, и как бонус еще добыли кое-какую новую информацию о планах Графа, а Миранда предприняла всего две попытки самоубийства за всю поездку, что можно было также считать удачей.
К тому же, Аллен уже знал, что будет делать после того, как они отдадут Чистую Силу Хевласке: он пойдет в столовую, чтобы отвести душу после сухого походного пайка, и съест столько, сколько сможет, - у него на это теперь наконец будет время, - немного поиздевается над Кандой, как обычно, и смоется раньше, чем тот успеет разрубить его пополам своей катаной.
Довольный подобной культпрограммой, им же самим составленной, он беззаботно шел по длинному сумрачному коридору, что-то весело насвистывая себе под нос, пока вкрадчивый голос Миранды не вернул его в реальность:
- Аллен-кун, это не Линали там?
Аллен поднял голову и действительно увидел Линали Ли, которая медленно шла по коридору спиной к ним. Ужасно обрадовавшись встрече, Аллен со счастливым видом устремился к ней:
- Линали! – позвал он, делая знак рукой, будто она могла его видеть.
Юный экзорцист ожидал, что девушка сейчас обернется к нему, одарив его одной из своих самых очаровательных улыбок, сопровождаемой традиционной фразой: «С возвращением, Аллен-кун!» Однако ничего такого не произошло.
Она вздрогнула и уронила папку, которую несла в руках, потом обернулась к товарищам, окинула их совершенно невменяемым взглядом и, зажав ладонями уши, заорала:
- Ничего не случилось! Ничего не случилось! – после чего бросилась бежать прочь.
Экзорцисты изумленно смотрели ей вслед, раскрыв рты и спрашивая себя, какая муха ее укусила, но как только та скрылась из виду, Миранда вдруг побледнела и принялась рвать на себе волосы, причитая:
- Это всё из-за меня! Я уверена, это из-за меня! Я должна умереть, чтобы искупить свою вину!
И пока Алистер пытался помешать Миранде, которая теперь усердно билась головой об пол, разбить себе череп, Аллен смылся в надежде найти кого-то, способного объяснить ему, что тут происходит. На ходу он решил, что ближе всего отсюда научный отдел, и там наверняка что-нибудь знают о странном состоянии Линали. С силой распахнув тяжелые двери, он вбежал в научный отдел и направился прямиком к кабинету Комуи. Тот был необычно мрачен и в который раз мерил шагами комнату.
- А, Аллен-кун, - произнес он, когда заметил, что уже не один в комнате, – ты пришел как раз кстати. У нас серьезная проблема.
- Я уже успел заметить. Что случилось с Линали?
Совершенно неожиданно для него директор уронил свою чашку кофе, которую как раз подносил к губам, сгреб Аллена в охапку и очень сильно встряхнул за плечи, однако его слова никак не соответствовали этому жесту:
- Я никогда не хотел причинить моей маленькой Линали никаких неприятностей, всё это просто досадное недоразумение!
- Недо… вы можете наконец сказать, что случилось?
При этих словах большинство присутствующих сотрудников научного отдела смущенно переглянулись и молча покинули комнату, остался только капитан Ривер, который повернулся к Комуи:
- Мы попытаемся создать антидот. Это научит вас не оставлять вашу отраву где попало!
Аллен вытаращил глаза на Комуи:
- Так Линали отравилась очередным вашим эликсиром?
- Линали просто… эмм… неправильно интерпретировала ситуацию, которая совершенно ее не касалась, на самом деле проблема в Лави!
Как только Аллен узнал, что с его подругой все в порядке, он вздохнул с облегчением, но тут же спохватился и забеспокоился об ученике книжника: что он еще мог натворить?
Однако, увидев предмет обсуждения в окружении сотрудников научного отдела, которые как-то странно на него смотрели, он тут же перестал задаваться этим вопросом. Молодой человек сидел, положив подбородок на скрещенные руки, и на губах его блуждала мечтательная улыбка. Предчувствуя неладное, Аллен осторожно приблизился к товарищу и легонько потряс его за плечо:
- Лави?
Младший книжник поднял голову и… выражение его лица вдруг стало нормальным, взгляд - веселым и немного насмешливым, а улыбка снова обрела привычную беззаботность.
- Аллен, - произнес он радостно, пожимая ему руку, - с возвращением домой!
Аллен посмотрел на Лави ошеломленно, затем повернулся к Комуи с видом: «Ну и в чем проблема, я не понял?»
- Не приближайся к нему, отойди от него, Аллен-кун! Он опасен!
- Лави… да что ты тут натворил?
- Ничего плохого, - заверил его рыжий со странной улыбкой, - Комуи просто не хочет признавать мою победу!
- Я еще не проиграл! – выкрикнул Комуи истеричным тоном, - а если ты еще раз протянешь к нему свои руки…
- К нему??? – выдохнул Аллен ошарашено. Он уже совершенно ничего не понимал.
- Это чудовище совершило самое непростительное преступление!
- Он слил информацию Тысячелетнему Графу?
- А? Что? Да нет, плевать мне на Графа, это было бы еще не так страшно. Этот варвар самым наглым образом перешел все границы и поцеловал, да еще и при всех, самый чистый, непорочный и прекрасный цветок!
- Линали? Лави, ты что, с ума сошел, целоваться с Линали под носом у ее брата! – Аллен смотрел на Лави так, будто тот был виноват в чем-то лично перед ним, и, похоже, плохо осознавал, что говорит сейчас прямо при Комуи, и что в голосе его слышатся плохо скрываемые нотки ревности.
- Да нет! – перебил его Комуи, - не Линали! Канду!
В комнате наступила мертвая тишина, и все присутствующие разом очень выразительно и с явным осуждением посмотрели на Комуи, тогда как Аллен в изумлении таращился на Лави:
- Вы надо мной издеваетесь?
- Аллен, - вмешался Ривер, видя, что экзорцист уже едва ли не на грани нервного срыва, - Лави случайно выпил какую-то гадость, которую наш «гениальный» директор сварганил в своей лаборатории и принес в кабинет под видом обычного лимонада. Видимо, эта дрянь оказывает какое-то действие наподобие «приворотного зелья».
- Но как же… это невозможно, Лави бы никогда не поцеловал Канду! Или да…?
Оценив выражение лиц окружающих, он понял, что это не шутка. Его охватила паника, в голову полезли мысли, недостойные доброго католика. Он обернулся к товарищу:
- Эм… Лави… мы говорим об одном и том же Канде? О мрачном типе со злобным взглядом и конским хвостом на голове?
Ученик книжника несколько мгновений молчал и не двигался, затем, без предупреждения, схватил Аллена за воротник униформы и прошипел:
- Что ты только что сказал?
После чего отпустил так называемого «Разрушителя времени», который смотрел на него с перепуганным видом, в то время как Лави, приняв театральную позу, начал декларировать:
- Для меня Юу – ангел, спустившийся на землю с небес, чудо, которое моим несчастным глазам смертного позволено было созерцать. Не само ли он воплощение красоты, когда распускает свои роскошные длинные волосы, когда его темные глубокие глаза испускают смертоносные молнии, когда его прелестные тонкие губы изгибаются в легкой презрительной улыбке? Его красота божественна, но это еще ничто по сравнению с величием его ума: неужели ты никогда не был тронут его притворным гневом, который служит лишь для того, чтобы скрыть глубокую нежность ко всему живому, которая исходит от него, его притворной жестокостью, которой он пытается защититься от враждебности окружающего мира? За этой злобной, как ты ее называешь, маской прячется существо нежное и удивительно хрупкое, которое я пообещал себе любить и защищать до конца своих дней!
Мертвая тишина.
Аллен смотрел на Лави с таким недоумением, как будто тот был по меньшей мере инопланетянином. Ни у кого, слышавшего эту восторженную речь, не возникло ни малейшего сомнения, что говоривший был совершенно искренен и серьезен.
- Это… великолепно!
Удивленный как тонким вкрадчивым голосом, так и произнесенным им замечанием, Аллен от неожиданности даже подпрыгнул на месте и, обернувшись, увидел Миранду и Кроули перед дверью - оба вытирали слезы умиления.
- Миранда, Алистер! Вы плачете?
- Я никогда прежде не слышала таких красивых слов! – взволнованно произнесла экзорцистка.
- И я, я никогда не думал, что ты решишься связать себя подобными отношениями, - поддержал Кроули, - ты же будущий книжник, а книжники не имеют права ни к кому привязываться, - вампир шумно высморкался в подол платья Миранды, - если бы я знал раньше, что ты чувствуешь к Канде…
- Вы шутите! – закричал Комуи с истеричным видом, - это всего лишь действие моего эликсира, и ничего более! О какой любви вы говорите?!
- Какая разница? – возразил Кроули, - Лави влюблен, и как его друзья, мы должны его поддержать! Элиада!!!
И после этих слов Кроули выбежал из комнаты, рыдая, под удивленными взглядами присутствующих. Аллен уж было понадеялся, что это все неприятные сюрпризы на сегодня. Как бы не так!

-Никаких улучшений? – произнес низкий и немного скрипучий голос за его спиной.
Блондин вздохнул с облегчением, увидев, что в комнату вошел книжник: где бы он ни появлялся, он всегда приносил с собой решение любой, даже самой сложной проблемы.
- Увы, нет! Я уже перепробовал все возможное, но эликсир продолжает действовать, и неизвестно, сколько времени это может продлиться.
- Вы должны найти противоядие, - сказал старик настойчиво, - иначе Лави не сможет нормально выполнять свою работу, а это недопустимо, вы же понимаете.
Чтобы не быть голословным, он вынул исписанный листок бумаги, - первую половину страницы занимал доклад, написанный учеником книжника, потом текст обрывался, и ниже красовались нарисованные сердечки всех размеров с подписями «Я люблю Юу» в центре каждого. Секунду Аллен смотрел на листок с отвращением, потом резко повернулся к Комуи:
- Необходимо как можно скорее найти средство, Комуи-сан!
Но Комуи не ответил, он несколько мгновений смотрел на листок бумаги с ненавистью, потом вырвал его из рук старого книжника и разорвал на мелкие клочки. Сделав это, он, ни слова не говоря, вернулся за свой рабочий стол, сел и несколько минут сидел, погрузившись в раздумья.
- Я придумал! – вдруг закричал он, вскакивая, и решительно направился к Лави, который все это время наблюдал за ним с насмешливым видом.
- Хорошо, Лави, мы закончили, ты можешь идти.
- Эм… Но вы мне сказали, что Юу скоро придет.
- Нет, Канда не придет, ты можешь идти к себе.
- Ну ладно, - Лави лишь пожал плечами.
Молодой человек ушел без всяких возражений, но выходя, обернулся и бросил на директора недоверчивый взгляд. Как только шаги в коридоре стихли, Комуи бросился к большому шкафу, стоящему в кабинете, и поспешно открыл дверцу:
- Канда, можешь выходить, он ушел!
- Наконец-то! – презрительно фыркнул мечник.
Аллен вытаращил глаза, увидев сильного, бесстрашного, безжалостного Канду вылезающим из стенного шкафа и с опаской озирающегося вокруг. Ему захотелось рассмеяться Канде в лицо, но как только его взгляд встретился со взглядом японца, он передумал: 15 лет – это слишком юный возраст, чтобы умереть!
- Итак, теперь, когда Канда в безопасности…
- Вы не забыли, что это исключительно из-за вас я сейчас в такой ситуации? – Канда зло сверкнул глазами на директора.
- Но… Канда-кун, ты так жесток!
- Если бы вы не вздумали напоить меня своей отравой…
- Неужели ты думаешь, что если этот эликсир оказался в твоем стакане, то это было чем-то иным кроме чистой случайности? Я принес немного вещества из лаборатории, потому что собирался кое-что в него добавить, и по ошибке перепутал с лимонадом, с кем не бывает, - Комуи изобразил на лице беззаботную улыбку.
- Прекрати вешать мне лапшу на уши! Ты думаешь, я совсем идиот, что ли?!
- Пожалуйста, прекратите! – крикнул Джонни умоляющим голосом, закрывая ладонями уши, - директор, вы же сказали, что придумали план!
Довольный тем, что внимание вновь обратилось на него, Комуи поправил очки и хищно улыбнулся, сверкнув глазами на Канду, отчего тот почему-то побледнел.
- Я вам сейчас объясню, что я придумал, я, великий ученый…
- Короче! – прервали его Канда и Аллен в один голос.
- Короче, мы все знаем, что именно Канда и только он вызывает подобную реакцию у Лави!
- Надо же, а мы бы и не догадались!
- Не перебивай, Аллен! Итак, если Канда ясно даст Лави понять, что он не хочет быть с ним (а это, само собой, именно так и есть), возможно, Лави в конце концов устанет его добиваться, и эффект эликсира постепенно рассеется.
- Это и есть ваше предложение?
- Всё очень просто, Канда пойдет поговорить с Лави…
- Я отказываюсь приближаться к нему!
- Прости, это расстраивает меня также, как и тебя, - вздохнул директор, - итак, я говорил, что ты пойдешь и поговоришь с Лави, скажешь ему, что у него нет ни малейшего шанса, и уйдешь. Но одного я тебя не отпущу, конечно - тебя будут сопровождать, - и он неопределенным жестом руки указал куда-то в сторону Аллена:
- Например…

- Предупреждаю тебя, стручок: если ты хоть раз улыбнешься, состришь, если я хотя бы раз замечу, что ты прикалываешься, я…
- Ты убьешь меня самым жестоким способом, который только возможен! Ты повторяешь это уже в пятый раз!
- Чтобы ты лучше запомнил, идиот!
- Если говорить об интеллектуальных способностях, то ты бы лучше молчал!
Экзорцисты обменялись испепеляющими взглядами и направились по огромному сумрачному коридору в сторону библиотеки. Вдруг Аллен повернулся к Канде и спросил со странной улыбкой:
- Скажи, а это правда, что Лави тебя поцеловал?
К большому сожалению для него, он понял свою ошибку слишком поздно: Канда медленно повернулся к нему с таким взглядом, значение которого объяснять было бы излишне. Аллен испуганно посмотрел на руку японца, которую тот положил на рукоять Мугена, и медленно вынул его из ножен на пару сантиметров:
- П-подожди! Ты не можешь меня убить! Ты что, забыл, что я – твой эскорт?!
Канда остановился и на секунду задумался.
- Если я тебя не прикончу, то это сделают Нои, - произнес он, задвигая лезвие назад в ножны.
- Спасибо, «ангел, спустившийся на землю», - проворчал Аллен.
- Что ты там вякнул?
- Ничего, ничего…
Он бросил подозрительный взгляд на молодого человека и пинком распахнул дверь в библиотеку: как они и ожидали, Лави был там один, он сидел, обложившись книгами, и читал какую-то рукопись, целиком поглощенный ею.
- Эй, Лави!
Услышав голос Канды, Лави вздрогнул и немедленно поднял голову от листа, как охотничья собака, учуявшая дичь. Он стремительно поднялся на ноги, уронив все бумаги, что лежали у него на коленях, и, одним прыжком оказавшись возле Канды, стиснул его в объятиях так сильно, как только мог, все это произошло так быстро, что мечник не успел даже среагировать.
- Юу!!!
- Что? Отпусти меня сейчас же, тупой кролик!
- Юу, ты всегда такой стеснительный при посторонних!
Потом он разжал объятие, глядя на Канду с такой нежностью, которой Канда в нем никогда даже не подозревал. Несколько потрясенный, мечник молчал, пока Аллен не кашлянул, чтобы напомнить о своем присутствии и о цели их прихода.
- Лави, я должен тебе сказать кое-что важное! – заявил Канда тоном, не терпящим возражений.
- Не беспокойся, Юу, - прервал его рыжий с серьезным видом, - я знаю, о чем ты хочешь поговорить, я уже думал об этом.
Канда и Аллен уставились на него удивленно, а Канда спросил с проблеском надежды в голосе:
- Неужели?
- Да, ты, конечно, хочешь знать, в чьей комнате мы теперь будем жить – в твоей или в моей.
- ЧТО?!
- Конечно, не реально поселиться вдвоем в моей комнате вместе со старой пандой, а твоя слишком маленькая, да и обставлена слишком аскетично. Угадай, что я придумал? Я поговорил об этом с Джерри, и он обустроил для нас на свой вкус одну из свободных комнат, она достаточно большая и очень уютная. Ты рад?
Его вопрос отразился тяжелым эхом от каменных стен и не получил никакого ответа: Канда стоял напротив него и смотрел на него вытаращенными от изумления глазами. Единственным звуком, нарушавшим тишину в комнате, было хмыканье Аллена, означающее, что он изо всех сил сдерживается, чтобы не рассмеяться.
Окончательно выведенный из себя, Канда ударил Лави с размаху кулаком в челюсть. Но прежде чем он опусктил руку, он с удивлением увидел, как ученик книжника поднимает руку в жесте, имитирующем латинскую букву V, означающую «Victory»:
- Ты совершенно прав, это победа!
Аллен, не способный больше сдерживаться, разразился нервным смехом, сгибаясь пополам и истерически повизгивая, поэтому пропустил тот момент, когда Канда молниеносным движение обнажилт Муген и нанес ему удар, отбрасывающий мальчишку к противоположной стене в потоке хлынувшей крови.
Ударившись о стену и упав на пол, Аллен потерял сознание. Канда опустил Муген, и Лави воспользовался этим, чтобы успеть взять его за руку, увлекая за собой прочь из комнаты, не заботясь о лежащем на земле Аллене, истекающем кровью.
- Что ты делаешь, бака?
- Я не знаю, что значит «бака», но я уверен, что это что-то очень романтичное.
- Заткнись! Куда это ты меня ведешь?
Лави не ответил, продолжая тащить Канду за руку за собой под удивленными и насмешливыми взглядами искателей, попадавшихся по пути, на которых Канда зыркал крайне злобно из-под сдвинутых бровей. В конце концов, поднявшись всего на один этаж вверх, они оказались перед дверью с табличкой 126, где их уже ждал Джерри с весьма довольным заговорщицким видом:
- А вот наконец и счастливый избранник, - произнес он деланно-взволнованно. - Я как раз закончил последние приготовления, - добавил он, покосившись на Лави.
- Спасибо за всё, Джерри!
- Это доставило мне удовольствие, мои дорогие! Наслаждайтесь! – добавил он, уходя.
Канда даже не знал, что во всем этом было самым неприятным: то, как Джерри все это говорил, или выражение его лица, с которым он на них посмотрел. Впрочем, у него не было времени задумываться еще и над этим, так как Лави положил руку на дверную ручку и взглянул на Канду так, как будто речь шла о чем-то очень важном:
- Добро пожаловать в новую жизнь, Юу!
И распахнул дверь.
Напряженная тишина повисла в комнате, и все это время Канда спрашивал себя, что ему делать: закричать от ужаса, хлопнуться в обморок или просто продолжать с отвращением созерцать убранство комнаты: стены, также как и потолок, были выкрашены в ярко-красный цвет, что могло быть даже не так ужасно, если бы обивка на мягкой мебели не была усеяна розовыми конфетти в форме сердечек. В углу комнаты стояло большое трюмо с зеркалом в позолоченной раме и ширма (такая прозрачная, что Канда задался вопросом о ее целесообразности вообще). Но вершиной всего этого отвратительного зрелища для мечника стала огромная кровать с балдахином и тонкими красными занавесочками, громоздящаяся в самом центре комнаты и покрытая шелковой простынью.
Канда наконец оторвал взгляд от этой мерзости и повернулся к Лави, который все это время смотрел на него с нежностью. Такой взгляд… Канда даже смутился, чего с ним практически никогда не случалось.
- Ну и как тебе, сердце моё?
Хрясь!…кулак Канды стремительно обрушился на голову Лави.
- Ты издеваешься надо мной, тупой кролик?
- Ты прав, я дурак, надо было сначала «протестировать» кровать, прежде чем ты вынесешь свое решение.
Хряяяяясь! Второй удар, более сильный, чем предыдущий. Мечник, красный от гнева и стыда, заорал:
- Я никогда ни за что не буду жить в подобном месте с таким идиотом, как ты!
- Конечно, я понимаю, тебе нужно какое-то время, чтобы привыкнуть, и мы можем обсудить это вдвоем.
- Никогда! Я сваливаю отсюда, - выкрикнул он, уже удаляясь по коридору.
- Как жаль… А Джерри приготовил для тебя твое любимое блюдо, восхитительную собу…
Лави с удовольствием отметил, что это возымело должный эффект: мечник остановился и полуобернулся, вид у него внезапно стал менее агрессивным:
- Собу?..
…молчание…
- Ну ладно, и где она? – Канда вернулся в комнату.
Лави снова улыбнулся, глядя, как тот внимательно изучает содержимое своего блюда, потом начинает есть, не обращая никакого внимания на Лави, даже тогда, когда ученик книжника подходит и садится рядом с ним, и не перестает улыбаться даже тогда, когда Канда отодвигается от него на максимально возможное расстояние.
Время, казалось, текло медленней, чем обычно, Канда ел молча, время от времени бросая раздраженные взгляды на Лави, который не сводил с него глаз.
Брюнет мотнул головой, чтобы пряди волос не лезли в рот, отставил пустое блюдо и повернулся к Лави, сделав глубокий вдох перед тем, как заговорить:
- Послушай меня внимательно, Лави: на самом ты не влюблен в меня.
Лави посмотрел на него удивленно, и улыбка медленно сползала с его губ. Он склонил голову набок:
- Что ты хочешь этим сказать, Юу?
- Это просто иллюзия, созданная той дрянью, которую ты выпил у Комуи в кабинете, она и спровоцировала у тебя такую реакцию на меня.
- Ты говоришь о лимонаде? Признаю, он был довольно противным, но… это был просто лимонад!
- Нет, Лави, это был не лимонад!
В комнате воцарилось тяжелое молчание, а потом Лави разразился смехом под недоверчивым взглядом Канды:
- Ты хочешь сказать, что это было приворотное зелье? Брось, Юу, это невозможно! Никто не может создать подобное!
- Хм... ну, по-видимому, может…
Лави тяжело вздохнул, протянул руку к лицу мечника и ласково погладил его по щеке:
- Юу, - начал он прежде чем Канда успел запротестовать, - не ищи ненужных объяснений - я люблю тебя, и вся эта история с приворотным зельем не имеет никакого значения, потому что я доверяю тем чувствам, которые испытываю к тебе. Я на самом деле влюбился в тебя, Юу!
После этого молодой человек замолчал, ожидая ответа, а увидев реакцию собеседника на свои слова, снова попытался его поцеловать: Канда смотрел на него широко распахнутыми глазами, и его губы дрожали, то ли от гнева, то ли от растерянности, делая его лицо, залившееся румянцем, еще более соблазнительным для Лави:
- Ты на самом деле такой милый, если б ты знал…
Но как только он приблизил свое лицо к лицу Канды, тот отвесил ему оглушительную пощечину и быстро поднялся с каким-то странным выражением на лице:
- Прекрати, идиот! Ты не влюблен в меня! Все это – дурацкое приворотное зелье! На самом деле ты меня не любишь, это просто иллюзия! Эти чувства не существуют на самом деле!
Он замолчал, отдавая себе отчет, что дрожит от ярости, и его сердце билось так быстро, словно готово было вот-вот выпрыгнуть из груди, и он остановился на секунду, чтобы перевести дыхание, а потом снова посмотрел на Лави.

И то, что он увидел, его потрясло.
Ученик книжника тоже поднялся и теперь стоял, скрестив руки на груди, и почему-то сейчас казался намного выше него самого. Он не двигался и дышал ровно, но на его лице было выражение такого гнева, какого Канда в нем никогда даже не подозревал. Лави опустил руки, и они тут же сжались в кулаки, черты лица исказились все возрастающей яростью, которая, хоть и не напугала Канду, но заставила его растеряться. Не уверенный в том, что это поможет, мечник попробовал его успокоить:
- Послушай, Лави, я…
Остаток фразы смешался со вскриком: одним сильным жестом Лави схватил его за плечи и повалил на кровать, прижав к ней всем своим весом, с несвойственной ему агрессивностью. От неожиданности на какую-то долю секунды поддавшись панике, мечник начал яростно отбиваться, но безуспешно.
- Лави?! Прекрати это сейчас же! Отпусти!
Тот даже ухом не повел и продолжал созерцать дергающееся, такое хрупкое сейчас, тело, лежащее под ним.
- Так, значит, мои чувства не существуют, да? – тихо, но от этого не менее угрожающе спросил он и схватил Канду за горло.
Задыхаясь, мечник смог издать лишь глухой стон, глядя на человека, нависающего над ним, глазами, полными ужаса. Несколько секунд прошло в полной тишине, потом Лави медленно ослабил хватку и отпустил горло Канды, и сразу вслед за этим яростно впился в его губы.
…Это был их второй поцелуй… однако, это было совершенно не сравнимо с предыдущим разом: в жестах Лави больше не было ни малейшего следа нежности, даже не смотря на то, что его рука, гладящая черные, как смоль, волосы, двигалась также нежно, как в прошлый раз, - необузданность, с которой его язык проникал в рот Канды, раздвигая его сжатые губы, и жестокость, с которой его тело блокировало любые попытки мечника хотя бы пошевелиться, казались совершенно неистощимыми. Канда инстинктивно издал длинный стон и сделал очередную попытку оттолкнуть нападающего, но все эти попытки были обречены на провал.
Поцелуй продолжался, нарушаемый слабыми вскриками протестующего Канды, пока Лави сам не прервал его, чтобы вдохнуть – кажется, теперь он немного успокоился:
- Так что, по-твоему, этот поцелуй тоже иллюзия?
Вопрос был риторическим, и Канда, пытающийся отдышаться и более-менее привести свои мысли в порядок, не стал на него отвечать, но руки Лави, принявшиеся расстегивать его рубашку, помешали этому занятию:
- И это тоже иллюзия, да? – спросил он перед тем, как скользнуть языком по ключице мечника.
Прикосновения языка Лави, прочерчивающего влажные дорожки на его груди, которые начинали гореть, словно от огня, вызывали в нем жар, который отнюдь не был неприятным. Сильные руки книжника, держащие его за запястья, делали происходящее еще более волнующим для него. Он чувствовал увеличивающуюся и твердеющую эрекцию Лави, который терся ею о его бедра, и это провоцировало реакцию его собственного тела. Он не чувствовал никакого отвращения, только какое-то ранее незнакомое удовольствие.
«Нет, это плохо!» - подумал Канда, освобождая руки из захвата Лави и поворачиваясь в попытке высвободиться, но одна рука Лави обхватила его живот, в то время как вторая проникла за пояс его брюк:
- Ты все еще думаешь, что это только иллюзия? Бесполезно мне врать, Юу, я же чувствую, что тебе это нравится!
И это было правдой…
Канда рефлекторно зажал рот ладонью в надежде заглушить вздохи, издаваемые непроизвольно, почти напуганный мыслью, что Лави может их услышать.
- Повернись, Юу.
Сам даже не осознав, почему, Канда послушался и повернул голову, зажмурившись при этом.
- Посмотри на меня! – потребовал книжник.
И снова мечник послушался и открыл глаза, оказавшись при этом лицом к лицу с Лави, у которого было совершенно несвойственное ему выражение лица – слишком серьезное, он такого никогда у него не видел.
- Ты действительно думаешь, что все это неправда? – спросил тот каким-то отчаявшимся голосом. Но Канда не ответил, его красивые темные глаза вдруг потеряли всю свою холодность и стали влажными и блестящими.
В выражении лица Лави больше не было ни следа гнева, только глубокое отчаяние, смешанное с грустью. Несколько секунд он продолжал смотреть на Канду с такой нежностью, на какую только был способен, а потом одним ловким движением расстегнул молнию на форменных брюках мечника.
- Нет! Лави, ты…
- Я люблю тебя, Юу.
Он потянул его брюки вниз, потом его руки раздвинули ноги Канды.
- Мы не должны!
Лави проигнорировал его слова и начал раздеваться сам под напуганным и полным тревоги взглядом второго экзорциста.
- Я люблю тебя, - повторил книжник снова.
И так как ему больше нечего было добавить, он оторвал взгляд от лица Канды и, склонившись над ним, поцеловал его в шею, оставив розовый алеющий след, не встретив более никакого сопротивления – способность трезво соображать и его обычная спесь покинули мечника.
Но никто из них не знал, что в этот самый момент маршал Тидолл как раз поднимался на этот этаж, сопровождаемый одним из своих учеников, Нойз Мари, только что вернувшимся с задания. Маршалу очень захотелось провести хоть немного времени с обоими своими учениками, к которым он относился как к собственным детям, и он направился на поиски Канды.
Найти его оказалось достаточно легко, так как перед этим он наткнулся на Аллена Уокера, лежащего на полу в библиотеке и казавшегося при смерти. Не имея ни малейшего сомнения, что эта рана нанесена Мугеном, оба экзорциста отправились на поиски по следам крови, оставленным на полу катаной, которую Канда тогда так и не спрятал в ножны.
(там еще было сказано, что экзорцисты положили на состояние Аллена, но это не просто ООС, это уже совсем стеб, даже если автор ненавидит Уокера)
Следы привели их к двери с номером 126, и они остановились в изумлении: из-за двери доносился голос Канды, слабый, но узнаваемый, точнее даже не голос, а длинные постанывания, которые они истолковали как стоны боли. Ужасные сцены пронеслись в их воображении: Канда пытался совершить харакири после того как ранил Аллена? Он дрался с акума и его ранили? А может, он отравился сОбой?
Не раздумывая больше ни секунды, они выбили дверь и вломились в комнату.
Надо было видеть их вытянувшиеся лица в этот момент. Тидолл так и застыл с открытым ртом, созерцая Канду, растянувшегося под Лави на огромной кровати в одних боксерках и расстегнутой рубашке, которые Лави совершенно очевидно как раз собирался снять.
Воображение маршала мгновенно услужливо подкинуло ему единственное логичное объяснение: это изнасилование, после чего он с поразительной скоростью бросился к ним и с размаху ударил книжника кулаком, тем самым свалив его на пол:
- Убери от него свои руки, грязный извращенец!
После чего быстро снял свой форменный плащ и, накинув на Канду, сжал его в объятиях, и на глазах у него выступили слезы:
- Юу! Тебе больше не о чем беспокоиться, всё будет хорошо, папочка здесь!
Мечник не ответил: все произошло так быстро, что он с трудом осознавал ситуацию, в которой находится. Несколькими секундами ранее он был в объятиях Лави, а сейчас его сжимал в крепких объятиях Тидолл, а Мари смотрел на них с открытым ртом и выпученными от удивления глазами. Между тем, он заметил, что Лави поднялся с пола с немного оглушенным видом и снова направился к кровати.
- Назад! Не подходи к нему! – крикнул маршал, загораживая Канду своим телом.
Лави остановился, не дойдя до них, он по-прежнему не спускал взгляда с Канды, но во взгляде появилась нерешительность. Все трое уставились на Канду, который до сих пор молчал. Тот резко поднялся, сбросив плащ маршала, и взглянул сначала на Лави, потом на Тидолла.
- Я тебя ненавижу! – прошипел он, обращаясь как к одному, так и к другому одновременно, после чего собрал свои разбросанные вещи и собрался было уже выйти из комнаты, но обернулся и добавил:
- К тебе, Мари, это не относится.
После чего вышел, в ярости хлопнув дверью, и глубокая тишина повисла между присутствующими. Все трое молчали. Потом Лави опустился на колени на пол, низко уронив голову, и взгляд у него был полностью отсутствующим.

***

А в это время Линали Ли, которая уже немного пришла в себя после перенесенного шока, шла по коридору Черного Ордена. У нее только что состоялся длинный разговор с братом, который более-менее ясно сумел объяснить ей то недоразумение, свидетельницей которого она невольно стала, а также посоветовал ей не приближаться ни к Лави, ни к Канде еще некоторое время, «пока всё не утрясётся», хотя девушка и не понимала, почему. Она заметила, что в последнее время ее брат проявлял странный интерес к Канде. Как бы то ни было, этот разговор завершился извинениями со стороны Комуи и заверениями, что он больше не будет оставлять где попало свои «экспериментальные образцы эликсиров», после чего Линали, заметно повеселев, решила найти Аллена и извиниться перед ним за свое невежливое поведение накануне. Напевая какой-то китайский популярный мотивчик, она дошла до двери библиотеки. Дверь оказалась приоткрытой и, войдя, Линали с удивлением заметила, что пол усеян разбросанными повсюду листами каких-то документов. Двинувшись вперед между стеллажами, она вдруг остановилась, осознав, что идет по луже.
Помещение внезапно погрузилось во мрак (или это ей так показалось?), она наклонилась, чтобы лучше рассмотреть странную жидкость… у которой был ярко красный цвет и которая источала отвратительный запах.
- Кровь?
Охваченная паникой и дрожа всем телом, девушка повернула голову, ища источник, из которого могла образоваться эта лужа, и заметила Аллена, распростертого на полу в луже крови, с длинным глубоким порезом на животе, он лежал с приоткрытым ртом и абсолютно пустым взглядом.
Неизвестно, сколько времени она так простояла без движения, не способная издать ни звука, перед этим ужасающим зрелищем, когда рука Аллена внезапно дрогнула и слабо потянулась к ней:
- Ли... на... ли...
- Ааааааааааааа!
И с этим очень содержательным возгласом она вылетела в коридор, вопя что есть силы, оставив Аллена лежать на полу в луже крови, думая, что сходит с ума и пытаясь отделаться от того хаоса, который царил с некоторых пор вокруг нее.
В таком состоянии ее и увидели капитан Ривер и Джонни, идущие в лабораторию. Сотрудники научного отдела, повидавшие за время своей работы в Ордене и не такое, обменялись понимающими взглядами, подумав в этот момент об одном и том же:
- Черт побери, что этот болван ее брат опять ей сделал?!

@темы: Канда, Лави, стёб, фанфики, юмор, яой

   

Ролевые отыгрыши по аниме-фендомам

главная